Сибирь - Урал - Сибирские татары - Казахи западной Сибири - Тихвинская старина

Свой первый материал о сииртя я записал в 1960 году в поселке Потапово на Нижнем Енисее от ненца Кирилла Даниловича Ямкина. В ту весну я работал в Потапово стационаром, и мы беседовали с Кириллом Даниловичем чуть ли не ежедневно. Постепенно сюжеты наших разговоров становились все доверительнее. Если в первые встречи я больше расспрашивал Кирилла Даниловича о том, как прежде, до организации колхозов, ненцы пасли оленей, добывали песца, ловили рыбу, то теперь заводил разговор и о том, что за шаманы были в те годы, откуда они черпали свою силу, какие духи им помогали и можно ли с этими духами общаться простому смертному. Вопросы сложные, на которые не всякий человек, даже много повидавший в жизни, сможет доходчиво ответить. Кирилл Данилович держался степенно, отвечал негромко, обстоятельно, если чего не знал, то не скрывал этого, говорил напрямую: — Ты меня про то не спрашивай.

Сызмальства я им не интересовался, потому зря болтать не буду. Однажды, не припомню уже в связи с каким событием, он помянул сииртя. Я, конечно, знал о сииртя из литературы, был знаком с записями ненецких преданий, где фигурировали сииртя — маленького роста люди, обитавшие некогда в тундре. С приходом ненцев они ушли под землю и теперь живут там, в сопках и ямах, не выносят солнечного света, но иногда ночью все же выходят на поверхность. Тему о сииртя я в наших беседах пока не затрагивал, оставлял для совсем уж доверительного разговора...

Но разве можно пропустить такой случай? - А что раньше старики о сииртя рассказывали? Лахнаку (бытовые рассказы.— В. В.) такие не слышал? Его ответ меня поразил. — Почему лахнаку,— сказал Кирилл Данилович.

— На самом деле так было, я от отца слышал. Вот эта история. — Здесь, на той стороне Енисея, Кодола — сопка есть. Внизу (у подножья) большое озеро. Там близко один человек наш, старик жил.